28 февраля 2008

Гали Абайдулов: «Когда не попадаешь, получается рядом. Этого бы не хотелось»

Совсем немного остаётся до премьеры легендарной пьесы «Ханума» в Новосибирском театре музыкальной комедии. Первые зрители увидят спектакль в эту субботу, 1 марта.

За несколько дней до премьеры постановочная группа встретилась с журналистами, чтобы, как говорится, отчитаться о проделанной работе. Присутствовали постановщики почти полным составом - не хватало только хормейстера, Татьяны Горбенко.

Первым взял слово директор театра музкомедии Леонид Кипнис:

- Театр обратился к замечательной комедии Цагарели «Ханума». Мне очень приятно, что работу над этим спектаклем ведёт команда, которая работала над «Шведской спичкой». Тот спектакль успешно поставлен, хорошо идёт. И хочется верить, что новый спектакль тоже будет успешен.

О пьесе

«Ханума» - пьеса с историей, и весьма длинной. И первый вопрос был о более ранних постановках. А именно - о ленинградской.

- Какой будет ваша «Ханума» по отношению к «Хануме» Товстоногова?

- На самом деле я должен сказать, что не в таком уж я большом восторге от постановки Товстоногова, несмотря на то, что она справедливо считается классикой советского театра и БДТ, - признался режиссёр Автандил Варсимашвили. - У меня есть другие примеры. Есть на самом деле шедевры этой постановки, благодаря которым Георгий Александрович и начал ставить пьесу. История такова, что эту пьесу ставили ещё в XIX веке. Я видел несколько спектаклей по «Хануме», и среди них настоящий шедевр - постановка молодого Роберта Стуруа, и я знаю от Стуруа и от Канчели, что именно на нём возникла у Георгия Александровича идея поставить у себя в БДТ этот спектакль. И я должен вам сказать, что несмотря на грандиозный успех постановки Товстоногова в Советском союзе, в Грузии она имела даже провал. И более того, Георгий Александрович это сам прекрасно осознавал.

- А как вы думаете, в чью пользу будет сравнение вашей «Ханумы» с афанасьевской?

- Я видел спектакль Афанасьева. Это довольно интересный спектакль. Но я думаю, что в этом случае наши спектакли будут служить друг другу рекламой, больше ничего, - разводит руками Автандил Эдуардович. - Я не думаю, что эти спектакли вообще нужно сравнивать. Они совершенно разные и по жанру, и, если честно, по весовой категории. Достаточно любопытный спектакль у Афанасьева, я много смеялся, получил огромное удовольствие. Но у нас совершенно разные трактовки. Для меня Ханума - молодая девушка. И я спектакль выстраиваю о любви. А что у Афанасьева - это у него спросите. Мне очень понравилась актриса Терехова, очень понравилась актриса Галкина, замечательно она сыграла роль сестры. Но это действительно совершенно другой спектакль.

- Ваш спектакль делался «на кого-то», или был отбор артистов, кастинг, может быть?
- Когда ставится спектакль, он ставится на конкретных актёров, - ответил Леонид Кипнис. - Когда режиссёр ставит спектакль, он анализирует возможности каждого исполнителя. Не так просто ткнуть пальцем и сказать - ты, ты, ты. Возможности каждого детально оговариваются.

- То есть первичен был материал?

- Мне кажется, всегда нужно понять, что первично. Если мы хотим показать актёра, это одно, - сказал Леонид Михайлович. - А если мы хотим создать произведение искусства, где в первую очередь важен сам спектакль - это другое.

- Театр имеет, конечно, право поставить для какого-то актёра тот или иной спектакль. В нашем случае было взято произведение, - пояснил Автандил Варсимашвили. - Театр интересовала эта пьеса, интересовала музыка Канчели, постановка грузинского коллектива, и в этом случае приоритетом стала пьеса и сама постановка.

О постановке

- Что касается хореографии, это практически этнические танцы, - рассказал хореограф спектакля Гали Абайдулов.

- Конечно, приходилось работать много, в том числе и в области пластики. Не должно быть рядом, понимаете? Когда не попадаешь, получается рядом. Вот этого бы не хотелось. Хотелось бы попасть. Я достаточно строг в этом отношении - и выборочен. Я предлагаю артистам делать то, что будет эффектно и не помешает актёру вести роль.

- В обыденном сознании Канчели ассоциируется с «Чита-дритой». Каково ваше впечатление от этой партитуры?

- Вообще у Канчели есть прекрасные крупные формы, и симфоническая музыка. И он значим как достаточно крупный, интересный композитор, - ответил Эхтибар Ахмедов. - Та партитура, которая есть у нас сегодня, в общем-то, не им написана. В этом случае музыка куплетная, но достаточно интересная, запоминающаяся.

- Может быть, виновато наше обыденное сознание, которое не может подняться выше, чем «Чита-дрита»? - добавил Леонид Кипнис - Ведь Гия Канчели - автор симфонических произведений, которые заслужили известность во всём мире.

- Я думаю, что на западе если вы спросите кого-то про композитора Гия, то там как-раз «Чита-дриту» и не знают, - согласился Автандил Варсимашвили. - И вообще удивятся, если узнают, что он вообще писал для какого-то кинофильма. У него ведь есть совершенно потрясающие симфонии. Он живёт на западе давно и работает там. Работает с замечательными дирижёрами. И его уговорить написать «Читу-дриту» для какого-то кинофильма - это архисложная задача, чтоб вы знали. Как он вообще оказался там? Потому что и Роберт Стуруа, и Гия Данелия - его самые близкие друзья, и вот для друзей он написал.

- На какую роль тяжелее всего было подобрать актёра? Фенотип в расчёт принимали?

- Принимал, конечно, но в то же время принимал талант, - рассказал Автандил Эдуардович. - Если честно, самая большая сложность и до сих пор остаётся - это роль Акопа, которого играет у нас Александр Выскрибенцев. Для меня это одна из центральнейших ролей. Может быть, даже самая центральная роль. Посмотрим, как
Александр справится. До сих пор мучаемся. Думаем, что всё будет нормально.

В ответ на вопрос о проблемах режиссёр заявил, что «у профессиональных людей не могут быть проблемы в период постановок, если они профессионалы. Если кто-то из них непрофессионал, тогда и возникают проблемы».

- Вы обучали актёров лёгкому грузинскому акценту?

- Лёгкий грузинский акцент приходилось убавлять. Потому что на самом деле совершенно нереально создавать какой-либо акцент. Лёгкий - можно. Но акцент - это музыкальная нота, - говорит Варсимашвили. - И если пустить всех актёров, чтобы говорили с акцентом, вы получите в одном спектакле и грузинский, и армянский, и азербайджанский, и узбекский, и вообще все акценты мира. Лучше уменьшать акценты. Пускай играют на своём родном языке.

Эта «Ханума» для Варсимашвили уже третья. По замыслу режиссёра, спектакль этот будет весёлым, солнечным, но в то же время немного грустным - как сама Грузия.

Кроме того, совсем скоро - 22 марта - в Театре музыкальной комедии обещают ещё одну премьеру - балет «Буратино». Идея его создания принадлежит хореографу Гали Абайдулову. Он говорит, что Буратино «уже родился». Кроме того, сообщил Гали Мягазович, они с актёрами стараются делать постановку весёлой и задорной. И, конечно, предельно понятной - «иначе деткам будет скучно».