ЛЕОНИД КВИНИХИДЗЕ: МЫ ПРЕОДОЛЕЕМ ИНЕРЦИЮ ОПЕРЕТТЫ

ЛЕОНИД КВИНИХИДЗЕ: МЫ ПРЕОДОЛЕЕМ ИНЕРЦИЮ ОПЕРЕТТЫ

Юлия Щеткова «Новая Сибирь», май 2003

В НОВОСИБИРСКОМ театре музыкальной комедии готовится премьера мюзикла-детектива Александра Журбина (автор первой советской рок-оперы «Орфей и Эвридика») по знаменитой пьесе Агаты Кристи «Мышеловка» в постановке петербургского режиссера Леонида Квинихидзе. «Мышеловка» Александра Журбина - эксклюзивный спектакль, который впервые ставится в России. Леонид Квинихидзе известен прежде всего своими музыкальными фильмами: «Соломенная шляпка», «Небесные ласточки», «Орех Кракатук», «31 июня», «Мэри Поппинс, до свиданья!» и др. Премьера «Мышеловки» состоится в конце мая. А пока Леонид Квинихидзе открывает некоторые стороны работы над чисто английской пьесой, интерпретированной в американском музыкальном жанре.

- Почему для постановки «Мышеловки» вы выбрали именно Новосибирский театр музыкальной комедии?

- Сегодня это лучший театр на территории России. Ни московская, ни питерская, ни екатеринбургская оперетта не осилят постановку такого произведения, как «Мышеловка» Журбина. Эти театры находятся в тяжелом положении, в отличие от вашего, где готовы ставить абсолютно новые и современные музыкальные спектакли. Руководство новосибирской оперетты не хочет останавливаться на классической оперетте. Оно понимает новые потребности публики и старается сделать что-то в плане новых музыкальных спектаклей XXI века. Сейчас - это попытка создать настоящий мюзикл. Что, кстати, не отменяет классической оперетты - она обязательно должна быть. Но должен быть и мюзикл, раз этого хотят зрители. Просто не стоит переиначивать оперетту, пытаясь привести ее к мюзиклу. Это два разных жанра.

- То есть по жанру «Мышеловка» - классический мюзикл?

- Да, это самый настоящий мюзикл, но не такой, как мы представляем сейчас в Москве, типа «Норд-Оста». Это огромные дорогостоящие спектакли, на которые не у всех есть возможность пойти. А люди хотят смотреть и слушать мюзиклы. Поэтому был создан этот спектакль, конечно, тоже достаточно затратный, но не в такой степени. Здесь не нужны какие-то безумные эффекты. В «Мышеловке» все строится на характерах, на музыке и на других обязательных составляющих мюзикла. Дело в том, что Журбин написал этот мюзикл в Америке, и это благотворно сказалось на произведении: ведь опыт американских мюзиклов не с чем не сравним.

- Что вы думаете о последних нашумевших московских мюзиклах?

- Они очень серьезны, но не совсем учитывают менталитет нашей страны. Все время пытаются сделать, как на Бродвее, но получается лишь «как на Бродвее». А у нас есть своя традиция и своя культура. И нужно приспосабливать современный музыкальный спектакль к традициям и культуре, которые существуют в России. Тематика может быть какой угодно, но в ней должен быть заложен материал, близкий нашему менталитету. В России нет возможностей в каждом музыкальном проекте захватывать зрителей мощью эффектов, роскошеством костюмов и невероятными декорациями. Такими могут быть только отдельные проекты. Мы же хотим приблизить мюзикл к зрителю. В XXI веке зритель не должен наблюдать, он должен участвовать в процессе, волноваться вместе с героями, быть с ними на одной эмоциональной волне. Тогда возникают самые важные взаимоотношения между театром, сценой и зрителем. Я больше за зрелищный театр, который близок и понятен публике.

- Почему вы выбрали для постановки именно «Мышеловку» Журбина?

- Здесь очень удачное сочетание: острый, захватывающий детективный сюжет, который держит зрителя в напряжении, и очень симпатичная музыка. В Лондоне эта пьеса, правда, в драматическом варианте, идет уже пятьдесят лет и все так же популярна, а это значит, что публике эта пьеса нужна. В нашем же проекте, кроме хорошего сюжета, добавляются музыка, сложная хореография и сценография.

- Что помогает преодолеть в пьесе строгие рамки чисто английского детектива?

- Прежде всего, сам жанр мюзикла позволяет этой чисто английской вещи быть также и российской. Человеческие страсти всегда и везде одинаковы. А вот более широкая трактовка характеров, современные музыка и хореография позволяют расширить рамки чисто сюжетного спектакля, сделать его более объемным. Главное, найти пропорцию между сюжетом детектива, драматургическими характерами и музыкой.

- Есть трудности с перестройкой труппы от классической оперетты к мюзиклу?

- Конечно. У актеров музыкальной комедии есть, так сказать, инерция оперетты. Они привыкли всегда петь на зрителя и практически не работали с микрофоном. Поэтому актерам очень сложно повернуться к мюзиклу, где не надо так откровенно играть на зрителя, где отношения строятся между актерами, а не между артистом и зрителем. Эти все элементы мы и пытаемся совместными усилиями преодолеть. Все понимают - и молодые артисты, и опытные, имеющие мощнейшую опереточную закалку, - что время идет и нужно немного меняться. Новосибирская оперетта пошла на эксперимент: решилась на мюзикл, хотя проще было бы поставить снова классическую оперетту.

- На какой стадии сейчас работа над мюзиклом, и когда ожидается премьера?

- Премьера планируется в последних числах мая. Работа над мюзиклом идет. Два месяца - достаточно большой срок для постановки просто драматического спектакля, но маленький для мюзикла. Однако мы стараемся уложиться в срок. В «Мышеловке» 18-20 музыкальных номеров. Нужно не только подготовить все с точки зрения драматических отношений, но и с вокально-хореографической стороны.

- Планируется ли приезд Александра Журбина на премьеру?

- Журбин приедет обязательно: ведь это эксклюзивная постановка в России. Он также даст концерт, который, думаю, будет очень интересен новосибирскому зрителю.

- Вы не хотели бы в будущем поставить музыкальный фильм на основе мюзикла «Мышеловка»?

- Я делал так неоднократно. Сначала спектакль ставился на сцене «Мюзик-Холла», а затем я снимал фильм. Вполне возможно, нам удастся поставить и этот спектакль и перенести его на экран, если, конечно, найдутся люди, готовые вложить деньги в этот проект.

- Снимаете ли вы сейчас музыкальные фильмы?

- К сожалению, нет. В России кинематограф находится в подвешенном состоянии. Мы не можем снимать, как снимали раньше. Сейчас в мире очень много значительных фильмов достаточно высокого уровня, и российскому кинематографу нужно очень сильно подтянуться, чтобы достичь этого уровня. Кроме того, в художественном смысле меня не интересуют насильники, убийцы, воры, проститутки. А так как сейчас только это и снимается, то я не нахожу своего места в кино. Поэтому уже 8-10 лет я занимаюсь только театром, где вижу для себя перспективы: ведь режиссер - это не профессия, а способ жизни, способ существования.